Антон Стальнухин ответил на вопросы читателей www.stolitsa.ee

Специалист-инфотехнолог Антон Стальнухин ответил на все вопросы, которые ему задали читатели портала www.stolitsa.ee.

“Антон, а вы родственник депутата Рийгикогу Михаила Стальнухина?” 

Лет десять назад я искал через интернет однофамильцев и выяснил, что все Стальнухины (сколько я их нашел) — родственники. Вся наша фамилия идет из поселка Гусь-Железный в Рязанской области. А Михаил Стальнухин — мой отец. 

“Фальсифицировать результаты голосования на выборах можно и без помощи средств ИТ. В чем же здесь фишка?” 

Всё дело в степени обмана. Из возможных обманов с ящиком для голосования ни один не способен повлиять так сильно, как обман на электронных выборах. 

Представим “электронные” выборы как один обычный участок. На этом участке в комиссии неизвестно кто. На этом участке никто не может засвидетельствовать, что проголосовали именно вы: у этих “неизвестно кто” на глазах плотные повязки. На этом участке нет ограничений по количеству голосующих — на комиссию возлагается ответственность за 20-25% всех голосов (на обычном участке большее количество людей отвечают за десятые, а то и сотые, доли одного процента). На этом участке вас не способны обеспечить “безопасным” бюллетенем: отметишь одного кандидата, а голос, вполне вероятно, уйдёт другому. На этом участке подсчёт голосов ведёт чёрный ящик, который невозможно перепроверить (на обычных участках голоса пересчитывают, проверяя бюллетени, 3-4 раза на разных уровнях). 

Фальсификация агрегирующих систем, да ещё и без обратной связи, с помощью ИТ становится невероятно простой в сравнении со старыми методами, уважающими принципы честных и независимых выборов. Наверное, “фишка” в этом. 

“Если государству нет дела до народа, то какая разница электронное оно или нет? Что это меняет?” 

Зато каждому из нас должно быть дело до государства. Если, конечно, нас интересует, в какой стране мы будем жить. Если нам хочется, чтобы нами руководили те, кого мы выбрали, а не те, кого нам “посчитали”. 

“Вас придставляют как специалиста по инфотехнологии и на чем основывается это утверждение?” 

По специальности я инфотехнолог, заканчивал Тартуский университет. 
Работаю Java-программистом вот уже более 7 лет, из них большую часть старшим специалистом. В основном занят в сфере медицинского программного обеспечения. Как любой квалифицированный специалист, я слежу за развитием инфотехнологий в мире и в Эстонии, а в кругу моих знакомых много серьёзных программистов и инфотехнологов. Специалист по инфотехнологии – очень расплывчатый, но понятный всем термин, под который я подхожу. 

“Антон, есть ли в мире страны и какие это страны, использующие аналогичную эстонской систему такого голосования на своих выборах?” 

В мире есть страны, использующие электронное голосование, но нет ни одной страны, в которой это электронное голосование хоть немного бы походило на те “интернет-выборы”, которые внедрены в Эстонии. Знаю, что и у зарубежных ИТ-специалистов, и у политиков, впервые слышащих об узаконенной в Эстонии системе голосования, волосы встают дыбом. 

“Недавно был День Победы 9 мая, мы вот отмечали. Как лично вы относитесь к этому празднику?” 

В Гусе-Железном, о котором я уже упоминал, стоит монумент Героям Отечественной войны, и среди прочих имен на нём выбито имя погибшего в 1942 году летчика Михаила Стальнухина – это старший брат моего деда. Один из моих прадедов служил в Эстонском стрелковом корпусе, еще один партизанил и тоже погиб… Как же мне относиться к Дню Победы? Для меня это святой день. 

“И ещё, известны ли вам мнения каких-нибудь авторитетных зарубежных инфотехнологов о нашем электронном голосовании? Какое оно? Неужели нет позитивных?” 

Я не слышал ни одного зарубежного эксперта с положительными отзывами о нашей системе электронного голосования. И Джейсон Киткат из Англии, и Харри Хурси из США рассказывали о недочетах систем в их странах и о невозможности предусмотреть уязвимости и противостоять им. 

Одна из главных проблем оценки нашей системы заключается в том, что ни одного зарубежного эксперта не подпускают к системе, а вся открытая документация лишь на эстонском языке. Защитники электронного голосования прикрываются невозможностью доказать массовые нарушения и, подменяя понятие “интернет-выборы” на “электронное голосование”, бравируют примерами других стран с совершенно иными системами. 

“Оффтоп — что вы думаете о переходе русских гимназий на эстонский язык? И как это влияет на наших детей? Что нам с этим делать?” 

Считаю, что это большая глупость, наносящая непоправимый ущерб качеству преподавания. То, что Эстония не смогла наладить преподавание государственного языка в русскоязычных школах так, чтобы его не надо было учить на уроках истории и физики – позор для страны. И это повлияет на результаты обучения, сделает детей из русских семей менее конкурентоспособными по сравнению с их сверстниками из эстонских семей. 

“Можно ли, как-то изменив, сделать электронное голосование более безопасным, то есть дать избирателю гарантию, что его голос точно получит выбранный им кандидат?” 

В принципе, да, можно сделать более безопасным. Например, аудит итогов голосования должен стать открытым каждому. Но стопроцентных гарантий не может быть всё равно. Помните, недавно была новость о том, что президент Ильвес заклеивает пластырем объектив камеры на своем ноутбуке. Даже на самом высоком уровне обеспеченности компьютерной безопасностью нет уверенности, что ваши электронные операции защищены от посягательств со стороны. 

“Антон, а вы думаете, что борьба против э-выборов в их нынешнем виде даст какие-то плоды? Или это борьба с ветряными мельницами?” 

Вода камень точит, а сдаваться без борьбы — это никогда не вариант. В борьбе с системой все делается верно, но, к сожалению, велика та группа людей, которой безразличны и выборы, и их результаты. Те, кто опустил руки, давно наблюдают за страной из-за границы. А многие из моих сверстников, к сожалению, не видят никакой угрозы в том, что “вертикаль власти” устанавливается всё прочнее и прочнее. Похоже, что стране придется преодолеть серьезный кризис, прежде чем что-то улучшится. 

“Бороться надо не против электронных выборов, а против фальсификации результатов голосования. Нет такой проблемы, как борьба с информационными технологиями. Глупость все это. И зачем вы только, Антон, в этой бессмысленной дискуссии участвуете? Пока народ глуп и доверчив его будут обманывать. К чему пустые разговоры про ИТ?” 

Никто и не борется против информационных технологий. Они прекрасно упрощают нашу повседневную жизнь. Вопрос в том, насколько уместно то или иное ИТ-решение. Например, если кто-то решить сыграть свадьбу в интернете, то пожалуйста. Это его личное дело. А вот электронное голосование затрагивает абсолютно всех. 

Как программисту мне было бы очень интересно строить и продумывать “интернет-выборы”. Это вызов. Проблема в том, что задача программистам была сильно упрощена, и мы с вами имеем половинчатое решение. А существует ли вообще это решение? Я не знаю. 

“Вот ты – программист, а как сам голосовал на всех тех выборах, когда уже ввели э-голосование, через комп или ходили на избирательный участок?” 

Я ни разу не голосовал электронно, всегда только на избирательном участке. Как ИТ-специалист я знаю о множестве угроз, связанных с электронным голосованием, и предпочитаю уверенность в том, что мой голос пойдет именно тому, кому я хочу его отдать. Не вижу причин слепо доверять незнакомым людям, которые обслуживают сервера данных по электронному голосованию. 

“В последние годы достаточно много говорят об Эстонии, как о стране с сильно развитыми электронными технологиями, об электронном государстве. Это э-государство делает нашу жизнь дешевле или дороже?” 

Хороший вопрос, на который нельзя дать однозначный ответ. Да, электронные технологии экономят наше время, а значит и деньги. Заполнить налоговую декларацию, зарегистрировать автомобиль и многое другое можно делать электронно, и это замечательно, это делает нашу жизнь дешевле. Но получить в результате э-голосования нелегитимное правительство – такая возможность есть и каждому может обойтись гораздо дороже. 

“И вообще, существует ли опасность, что электронное голосование может быть использовано для изменения результатов выборов?” 

Такая опасность есть в случае любой формы голосования, но в случае электронного голосования риски значительно выше. 

“Какой вид голосования, электронный или традиционный, на участке, дороже обходится нам, налогоплательщикам?” 

По мнению, в том числе, зарубежных экспертов электронное голосование обходится налогоплательщикам значительно дороже традиционного, проходящего на избирательном участке. Например, в Англии каждый электронный бюллетень обошелся в 17 раз дороже обычного бумажного. И я не верю, что когда-нибудь в ближайшем будущем мы сможем отказаться от голосования на участках, а значит электронное голосование будет десятилетиями висеть над нами, как лишняя затрата и возможный “чёрный ход” по набору голосов. 

“Возможно ли создать онлайн э-школу для русскоязычных школьников?” 

Да, с тeхнической точки зрения это возможно. 

“Антон, что вы изменили бы в налоговой системе Эстонии, если бы была возможность сделать одно такое изменение?” 

Судя по своему житейскому опыту, я бы снизил, как минимум, до 9 процентов – с нынешних 20 — налог с оборота на тепло и электроэнергию. Эти ресурсы должны быть более дешевыми, а значит и более доступными для каждого человека.

Источник: http://stolitsa.ee/49267

Leave Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *